Re-Thinking the Iranian Nuclear Threat
Robert Skidelsky
Project Syndicate | Sunday, July 13, 2008

Неужели это было бы большой катастрофой, если бы у Ирана действительно было ядерное оружие? Как закоренелый еретик, я задаю этот вопрос, потому что почти каждый, кажется, думает, что именно так и было бы, и поэтому нужно это предотвратить любой ценой. Но неужели это правда?
 
 
Джон Болтон, бывший посол Соединенных Штатов в ООН, сказал в апреле, что "если альтернативой является продолжение [Ираном] разработки [ядерной бомбы] или использование силы, то я думаю, что мы предотвратили бы [Вторую Мировую войну], если бы помешали Гитлеру занять Рейнскую зону [в 1936 году]”. Буш тоже сравнивал иранского президента Махмуда Ахмадинежада с Гитлером.
 
Но эти так называемые государственные деятели никогда не раздумывают над тем, что могло бы произойти, если бы и у Германии, и у Великобритании в 1939 году было ядерное оружие. Неужели Гитлер, каким бы ужасным он не был, начал бы войну, если бы ему грозило полное уничтожение? Неужели мы совсем забыли о теории сдерживания?
 
Конечно же, мир был бы более безопасным, если бы у Ирана не было ядерного оружия, не потому что это государство – "изгой", а потому что любое распространение ядерного оружия может сделать мир более опасным. Именно поэтому надо продолжать прилагать все усилия для того, чтобы отговорить Иран от стремления стать “ядерной державой”.
 
Хотя предположим становится ясно, что Иран играет с Западом, просто оттягивая время, необходимое для того, чтобы создать бомбу и разработать систему доставки ядерного оружия, чтобы поразить Израиль. Неужели это оправдало бы упреждающий военный удар, который поддерживают определенные круги в Израиле и США?
 
Военное вмешательство в Иране может привести к любому повороту событий. Иран может покорно и мирно себя вести, как это сделала Ливия, когда ее бомбила Америка, или он может стать еще одним Ираком. Мой собственный инстинкт подсказывает мне, что это развяжет цепь неуправляемых событий. Это разожгет и без того уже негодующую часть мира и добавит риск глобального развала экономики, если будет заблокирован Хормузский пролив, через который проходит от одной пятой до одной третьей всемирных запасов нефти. Согласно этому мнению, если Америка намерена применить силу, чтобы помешать Ирану стать ядерной державой, то ей придется основать квазипостоянную империю на Ближнем Востоке.
 
Чтобы избежать такой империалистической логики, разумные американцы, такие как Генри Киссинджер и Джордж Шульц, возродили мечту о безъядерном мире. Первоначально это было предложено в Плане Баруха в 1945 году. С тех пор его версии периодически всплывали по мере того, как количество ядерных держав росло. Главная идея инициативы Киссинджера заключалась в значительных сокращениях американских и российских ядерных запасов наряду с принятием усовершенствованных мер безопасности для ядерного топлива, более навязчивого инспекционного режима для ядерных держав и оказанием помощи гражданским ядерным программам.
 
Более эффективная система контроля над вооружением несомненно усложнит приобретение ядерного потенциала государствами, не имеющими ядерного оружия; но трудно понять, как само по себе сокращение огромного числа американских и российских боеголовок – каким бы значительным оно не было – должно способствовать отказу амбициозных ядерных держав от своих ядерных амбиций. Даже если бы Америка и Россия согласились сократить свои запасы ядерных боеголовок с 5000-6000 каждый до 1000 каждый, почему это должно помешать стремлению Ирана создать 50-100 ядерных боеголовок и разработать системы доставки ближнего радиуса, если он считает, что это в его национальных интересах?
 
Риск состоит в том, что если разрешить Ирану разрабатывать свою бомбу, то за этим последует неуправляемое распространение ядерного оружия. Однако с тех пор, как в 1970 году вступил в силу Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), возникло только три новых ядерных державы – Индия, Пакистан и Израиль. Для этого есть две причины. Во-первых, благодаря системе контроля, установленной ДНЯО, государствам без ядерного оружия стало очень сложно приобрести ядерный потенциал. Во-вторых, большинство государств, у которых нет ядерного оружия, были вполне рады жить под зонтиком безопасности, обеспеченным ядерной дуополией супердержав.
 
Учитывая огромные препятствия – технологические, экономические и политические – для приобретения ядерного оружия, у государств должны быть весьма определенные причины для стремления стать ядерными державами, например, потребность в безопасности в противовес региональной угрозе или восприятие, что сама супердержава угрожает политической независимости государства. Таким образом, огромные барьеры для распространния ядерного оружия существуют независимо от ДНЯО. Нет причины думать, что они исчезнут, если Иран создаст свое собственное оружие.
 
Кажется, что страх перед США, а не Израилем является главной причиной для ядерных амбиций Ирана. Именно поэтому привлекательная идея безъядерного Ближнего Востока, в результате которой Иран откажется от ядерного оружия в обмен на подобный шаг Израиля, кажется нереалистичной. Иранские сторонники жесткого курса хотят сдержать именно США, а не Израиль, используя Израиль в качестве заложника. Они считают, что если Иран станет ядерной державой, это поможет ограничить американское военное и геополитическое вмешательство на Ближнем Востоке. В конечном счете, они рассчитывают на возможные уступки со стороны Америки, как это произошло с Индией.
 
Так что же нам делать? В то время, как добровольный отказ Ирана от ядерного оружия был бы лучшим исходом для Запада, нет причины полагать, что Иран, оснащенный ядерным оружием, будет представлять опасность для мира. Шлюзовые затворы для распространения ядерного оружия не откроются; более вероятным исходом будет "равновесие страха" между Израилем и Ираном, как между Индией и Пакистаном.
 
Однако, если Ирану разрешат стать ядерной державой, то это должно быть сделано с согласия пяти "законных" ядерных держав (США, Россия, Великобритания, Франция и Китай) – т.е. в соответствии с официально одобренным расширением ядерного клуба, в который войдут Индия, Пакистан и Израиль. Это будет лучшим способом заставить Иран придерживаться приемлемых правил поведения. По крайней мере, нам должно быть ясно, что военное вмешательство является третьей лучшей (т.е. худшей) альтернативой. Нас могут вынудить прибегнуть к ней, если две другие потерпят неудачу, но было бы совершенно неправильно обдумывать ее сейчас.